по темам
по авторам
кто сказал? - авторы "крылатых фраз"


    Афоризмы и цитаты    

    ИНФОрмация    

    ЧАВОчки    

    новости    

    архив    

    карта    

    ссылки    


проекты
Russian Fox


МИФОлогия

Все о лИсах

Портфолио дизайнера


© 1999 - 2011
дизайн - 2000
Elena Lavrenova
Russian Fox






цитаты, пословицы, изречения
Афоризмы



 на 05.08.2006 цитат 12539 тем 296 авторов 890

из фильмов
из книг

для детей и не только



Авторы афоризмов и цитат по алфавиту - Все авторы по алфавиту ** Биографии
А * Б * В * Г * Д * Е * Ж * З * И * К * Л * М * Н * О * П * Р * С * Т * У * Ф * Х * Ц * Ч * Ш Щ * Э * Ю * Я

Авторы афоризмов и цитат по странам - Все авторы по странам ** Азия ** Америка **
Англия ** Германия ** Греция и Рим ** Европа ** Испания ** Италия ** Россия ** Франция
Народная мудрость - Пословицы и поговорки народов мира

Джером Клапка Джером (Jerome K. Jerome) (1859 - 1927)
Английский писатель.

Афоризмы, цитаты - лист 1 (2)

Большинство из нас похожи на того петуха, который воображал, что солнце встает каждое утро единственно для того, чтобы послушать, как он поет.

Руки доброй женщины, обвившиеся вокруг шеи мужчины, - это спасательный круг, брошенный ему судьбой с неба.

Мы пьем за здоровье друг друга и портим собственное здоровье.

Память подобна населенному нечистой силой дому, в стенах которого постоянно раздается эхо от невидимых шагов. В разбитых окнах мелькают тени умерших, а рядом с ними - печальные призраки нашего былого "я".

Когда яркое пламя любви перестает мерцать, веселее горит огонек привязанности; его-то легко поддерживать изо дня в день и даже усиливать по мере того, как приближается холодная смерть.

Если есть тщеславие у павлина, то есть также тщеславие и у орла.

Музыка жизни опошлилась бы, если бы порвались струны памяти. Хорошо было бы вырвать с корнем только сорные травы и оставить цветы.

__________

Цитаты из рассказа Джерома Клапки Джерома "Должны ли мы говорить то, что думаем, и думать то, что говорим?"
Перевод с английского: И.Бернштейн

Один мой сумасшедший приятель утверждает, что характерной чертой нашего века является притворство. Притворство, по его мнению, лежит в основе общения людей между собой. Горничная входит и докладывает, что в гостиной находятся мистер и миссис Нудинг.
- О черт! - говорит мужчина.
- Тише! - говорит женщина. [...]
Мужчина на цыпочках уходит наверх и запирается у себя в кабинете. Женщина проделывает перед зеркалом кое-какие манипуляции, выжидая, пока ей удастся овладеть собой настолько, чтобы не выдать своих чувств, а затем входит в гостиную с распростертыми объятиями и с радушным видом человека, которому нанес визит ангел. Она говорит, что счастлива видеть Нудингов - как хорошо они сделали, что зашли. [...] Нудинги, которые надеялись, что ее нет дома, которые зашли только потому, что по правилам хорошего тона обязаны делать визиты минимум четыре раза в году, - принимаются рассказывать о том, как они к ней рвались и стремились всей душой.
- Сегодня, - повествует миссис Нудинг, - мы решили, что будем у вас во что бы то ни стало. "Джон, дорогой, - сказала я утром, - что бы ни случилось, сегодня я зайду навестить милую миссис Хам".
По ее словам выходит, что принцу Уэльскому, который хотел нанести Нудингам визит, было сказано, что принять его не могут. Пусть заедет вечером или в какой-нибудь другой день. А сейчас некогда: Нудинги собираются доставить себе долгожданное удовольствие и навестить миссис Хам.
- А как поживает мистер Хам? - вопрошает миссис Нудинг.
На мгновение миссис Хам погружается в молчание и напрягает слух. Она слышит, как он спускается по лестнице и крадется мимо двери гостиной. Она слышит, как тихо открывается и закрывается входная дверь. И она приходит в себя, как будто пробуждаясь ото сна. Это она размышляла о том, как огорчится мистер Хам, когда вернется домой и узнает, кто у них был! И так оно все происходит не только с Нудингами и Хамами. [...] Существование всех слоев общества зиждется на том, что люди делают вид, будто все очаровательны, будто мы счастливы всех видеть; будто все счастливы видеть нас; будто все так хорошо сделали, что пришли; будто мы в отчаянии оттого, что им, право же, пора уходить.

Вино, которым угощает нас хозяин, - в жизни мы не пробовали ничего лучшего! Нет, нет, больше не надо, мы не решаемся - доктор запретил, строжайшим образом. А сигары у нашего хозяина! Мы и не подозревали, что в этом будничном мире еще изготовляют такие сигары. Нет, выкурить еще одну мы, право, не в состоянии. Ну, если уж он так настаивает, можно положить ее в карман? По правде говоря, мы не такие уж завзятые курильщики. А кофе, которым поит нас хозяйка! Может быть, она поделится с нами своим секретом? А младенец! Мы едва решаемся вымолвить слово. Обычных младенцев нам случалось видеть и раньше. По правде говоря, особой прелести в младенцах мы никогда не находили и только из вежливости считали нужным выражать на их счет общепринятые восторги. Но этот младенец! Мы просто готовы спросить, где они его достали? Именно такого младенца мы бы сами хотели иметь.

Мы вносим притворство даже в нашу религию. Мы сидим в церкви и через положенные промежутки времени с гордостью сообщаем Господу, что мы - жалкие и ничтожные черви и что нет в нас добра. Нечто в этом роде, полагаем мы, от нас и требуется; вреда нам это не причинит, и считается даже, что доставляет удовольствие.

Мы делаем вид, что всякая женщина порядочна, что всякий мужчина честен - до тех пор, пока они не вынуждают нас, вопреки нашему желанию, обратить внимание на то, что это не так. Тогда мы очень на них сердимся и объясняем им, что такие грешники, как они, нам, людям безупречным, не компания.

Горе наше по случаю смерти богатой тетушки просто непереносимо. [...] Единственное наше утешение состоит в том, что она перешла в лучший мир. Все переходят в лучший мир после того, как получат в этом все, что только сумеют. Мы стоим у открытой могилы и говорим это друг другу. А священник настолько убежден в этом, что в целях экономии времени пользуется маленькой книжечкой с готовыми проповедями, содержащими эту успокоительную формулу. Когда я был ребенком, то обстоятельство, что все попадают в рай, меня весьма удивляло. Стоило только подумать о всех людях, которые уже умерли, и становилось ясно, что рай перенаселен. Я почти сочувствовал Дьяволу, всеми забытому и заброшенному. В моем воображении он рисовался мне одиноким старым джентльменом, который целыми днями сидит у ворот, все еще по привычке на что-то надеется, а может быть, бормочет себе под нос, что, пожалуй, все-таки имеет смысл закрыть лавочку. Моя старая нянька, которой я однажды поведал эти мысли, выразила уверенность в том, что если я и дальше буду рассуждать в таком духе, то меня-то он, во всяком случае, заполучит. Должно быть, я был порочным ребенком. Но мысль о том, с какой радостью он встретит меня - единственное человеческое существо, посетившее его за многие годы, - эта мысль меня в какой-то мере прельщала: хоть раз в жизни я оказался бы в центре внимания.

На всяком собрании оратор всегда "славный парень". Марсианин, прочитав наши газеты, вынес бы убеждение, что каждый член парламента - это человек веселый, добрый, благородный, почти, можно сказать, святой, еще бы немного, и ангелы вознесли бы его живым на небо. Разве все присутствующие громовыми голосами в едином порыве не пропели ему трижды "славный парень"? Это обязательно, как ритуал. Мы всегда с неослабевающим вниманием и огромным удовольствием слушаем блестящую речь предыдущего оратора. Когда вам казалось, что мы зевали, это мы просто, разинув рот, впивали его красноречие.

Чем выше стоит человек на общественной лестнице, тем шире должен быть у него пьедестал притворства. Когда что-нибудь печальное происходит с очень важным лицом, окружающим его людям более мелкого масштаба просто больше жить не хочется. А принимая во внимание тот факт, что в этом мире значительных персон более чем достаточно, а также и то, что с ними все время что-нибудь случается, начинаешь удивляться, как это мир до сих пор не погиб.

Мы притворяемся в самых серьезных делах. На войне солдаты каждой страны - всегда самые храбрые в мире. Солдаты враждебной страны всегда вероломны и коварны - вот почему они иногда побеждают.

__________

Цитаты из рассказа Джерома Клапки Джерома "Если бы у нас сохранились хвосты!"
Из сборника "Ангел и Автор" (The Angel and the Author), 1908
Перевод с английского: Н.Семевская

Один мой друг жалеет, что у нас нет хвостов. Он уверяет, что нам было бы очень полезно, если бы у нас, как у собак, был хвост, который вилял бы, когда мы довольны, или вытягивался в струнку, когда мы сердимся... Однако я опасаюсь, что к настоящему времени мы успели бы обучить свои хвосты вежливому поведению. Мы научили бы их восторженно вилять в то время, как внутренне мы рычали бы от злости. Когда человек впервые сделал одежду из фиговых листков, чтобы скрыть свое тело, он в то же время надел маску лицемерия, чтобы скрыть свои мысли. Иногда задаешь себе вопрос: так ли уж много мы от этого выиграли?

Вероятно, вежливость была изобретена для утешения недостойных. Мы проливаем бальзам любезностей равно на правых и неправых. Мы уверяем каждую хозяйку дома, что провели у нее самый приятный вечер в нашей жизни. Каждый гость также призывает благословение на наши головы за то, что мы пригласили его.

Мы дорого платим за недостаток искренности. Мы перестали радоваться похвалам: они потеряли всякую цену. Люди крепко пожимают мне руку и говорят, что им нравятся мои книги, но это только раздражает меня. Не потому, что я ставлю себя выше похвалы, - никто этого не делает, но потому, что я не уверен, правду ли говорят эти люди. Они сказали бы то же самое, если бы не прочитали ни одной строчки, написанной мною.

Сознание, что неискренность - это плащ, в который мы все кутаемся, сводит похвалы к пустым фразам.

Один мой молодой друг, происходивший из хорошей семьи, совершил мезальянс: женился на дочери канадского фермера, чистосердечной, обаятельной девушке, к тому же необычайно хорошенькой. В одном ее мизинце было больше характера, чем у иной девушки во всей ее особе. Я встретился с этим молодым человеком месяца через три после его возвращения в Лондон.
- Ну что? Как дела?
- Моя жена - чудеснейшая женщина в мире, но у нее есть один недостаток: она верит всему, что ей говорят.




Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100